Российско-американское сотрудничество в производстве бензина

В 1932 году в Бостоне вышла книга под названием «Американский инженер смотрит на Россию». Ее автор, Джордж Артур Баррел, бывший полковник американской армии и химик, в 1930-1931 годах участвовал в модернизации газового хозяйства крупного советского предприятия «Грознефть». На фоне всех «небылиц» о Советской России он задался целью дать объективную оценку многоликой жизни этой страны социалистического строительства. Баррелл описал в своей книге то, что, по его мнению, могло бы заинтересовать массового читателя в США — политическую систему, железные дороги, жизнь в больших городах, религию, мораль, пропаганду и многое другое.

Однако в это всеобъемлющее, критическое, хотя и весьма доброжелательное повествование не вошла главная цель поездки — непосредственная работа Джорджа Баррелла на советских нефтепромыслах. И причины этого вполне объяснимы: власти Советской России опустили «железный занавес». Тайной была окутана не только деятельность стратегических предприятий, но и любые проявления советского строя за рамками, разрешенными официальной пропагандой.

Газовые смеси

Изучение свойств газообразных смесей и их поглотителей стало предметом непосредственного интереса после первых химических атак на полях сражений Первой мировой войны. В начале 1917 года Джорджу Баррелу как ведущему специалисту по гражданскому применению газов в США было поручено создание удушающих газов и средств защиты от них. Со временем его группа была переведена из Горного бюро под контроль Военного министерства и стала основой Службы химической войны США, а сам Баррелл получил звание полковника. Ему и его специалистам удалось разработать успешный противогаз и обеспечить защиту американских солдат. Наряду с работой в области химической войны Джордж Баррелл инициировал и помогал руководить обширной гелиевой программой США, реализация которой вывела страну в число мировых лидеров по производству гелия. 19 июля 1918 года президент США наградил полковника Баррелла медалью «За выдающиеся заслуги перед правительством Соединенных Штатов» «за исключительно заслуженные и выдающиеся заслуги перед правительством Соединенных Штатов в выполнении ответственного долга во время Первой мировой войны в исследовательской работе, связанной с газовой войной».

После войны Джордж Баррелл продолжил свои исследования в области бензина. Этому способствовало увеличение спроса на автомобильный бензин, и химик с кафедры стал бизнесменом, основав в 1923 году в Питтсбурге две компании — Burrell-Mase Engineering Co. и Burrell Technical Supply Co. Вскоре он также возглавил компанию Atlantic State Gas Co.

На рубеже 1910-х годов в России также были предприняты первые шаги по промышленному внедрению LPG-технологии. Однако начало Первой мировой войны существенно затруднило развитие новой технологии, и России было суждено потерять позиции в этой области.

В 1917 году к власти пришли большевики. В начале своего правления они были горячими поклонниками американского образа ведения бизнеса. Их вдохновляли масштабы и темпы промышленного развития США, и они прилагали все усилия, чтобы позаимствовать их административные и технические методы (разумеется, не отходя далеко от коммунистической идеологии).

В 1921 году российский журнал «Нефтяная и сланцевая промышленность», а также некоторые другие издания опубликовали две ключевые работы Джорджа Баррела о методах сжатия и абсорбции для извлечения бензина из природного газа, которые были перепечатками из Бюллетеня Горного бюро США. Эти работы были незаменимыми пособиями для российских инженеров; они продавались как горячие пирожки и вскоре стали очень редкими. Обширная 600-страничная книга Джорджа Баррелла «Восстановление бензина из природного газа», опубликованная в Нью-Йорке в 1925 году, оказала огромную помощь советским инженерам, и впоследствии они признали его «самым выдающимся специалистом в бензиновом бизнесе».

Методы извлечения бензина представляли особый интерес для второго по величине добывающего предприятия страны — «Грознефти». Попутный нефтяной газ, образующийся на грозненских месторождениях, содержал много бензиновых фракций, и в 1924-1929 годах в Грозном было построено пять бензиновых заводов, а несколько советских инженеров были направлены в США для изучения американского опыта. Но этого было недостаточно.

Баррелл в Грозном

С августа 1927 по апрель 1928 года Иван Стрижов, старший директор Высшего совета народного хозяйства (ВСНХ) по нефтяной промышленности, посетил США, где, помимо изучения нефтяной промышленности Америки, искал консультантов по развитию газового хозяйства. Через торговую корпорацию «Амторг» он направил письма известным специалистам. Одним из них был Джордж Баррелл, который 31 июля 1928 года сообщил «Амторгу» о своем принципиальном согласии начать переговоры. 3 августа директор «Амторга» сообщил «Грознефти», что «г-н Баррел считает, что было бы разумнее приехать в Советский Союз лично вместе с двумя высококвалифицированными специалистами в области газо- и нефтепереработки».

8 января 1930 года Владимир Коробовкин, официальный представитель советской нефтяной промышленности в США, и Джордж Баррелл подписали контракт на условиях, предложенных последним. Он должен был дать оценку газового хозяйства «Грознефти» через шесть месяцев после начала работы и внести предложения по улучшению сбора и переработки попутного нефтяного и промышленного газа в Грозном и Майкопе, а также хранения и транспортировки бензина. В конце года он должен был представить чертежи и сметы на новые установки. Он получил 6 000 долларов из 90 000 долларов, выделенных на проект, сразу после подписания контракта, а остальные деньги были выплачены равными частями в течение года. Грознефть» предоставила Барреллу квартиру, транспорт и необходимый персонал.

16 февраля 1930 года Джордж Баррелл прибыл в Грозный, а 17 февраля приступил к работе. Контракт не требовал, чтобы Джордж Баррел оставался в Грозном постоянно. В свой первый приезд он пробыл там до конца мая. За это время он должен был завершить предварительную оценку работ, которые необходимо было выполнить, и технических возможностей предприятия, а также сделать первые выводы. Он привез с собой оборудование для лаборатории, которую собирался сделать центром своей работы в Грозном. Начальником Джорджа Баррела стал директор газового управления «Грознефти» Степан Федоров.

Сначала американского инженера попросили оценить советские проекты реконструкции главного абсорбционного бензинового завода и промышленных газосборников. Одновременно он устанавливал соотношение газ-нефть на основных месторождениях «Грознефти» — Новогрозненском и Старогрозненском, а также на Майкопском. К нему были приставлены молодые лаборанты во главе с Кравченко, таким же молодым, но талантливым химиком.

В то время «Грознефть» выполняла чрезвычайно амбициозные задания первой пятилетки (1928-1932 гг.). Как писал Андрей Шибинский, «в 1928/29 году было переработано 120 000 тонн газа, а к концу пятилетки предстояло переработать 400 000 тонн газа старых месторождений. Однако добыча газа должна быть организована и на новых месторождениях». Предприятие должно было прекратить сжигать сырой газ и повысить уровень его переработки с 45% до 95%. Более того, были построены крекинг-установки, которые производили большое количество ценных крекинг-газов, хотя на предприятии совершенно отсутствовала система промышленного сбора и переработки газа. Более того, во время переговоров с Джорджем Барреллом многие ведущие инженеры — Стрижов, Аккерман, Шибинский и другие — были арестованы по сфабрикованному Объединенным государственным политическим управлением (ОГПУ) делу о «саботаже» в нефтяной промышленности. Работая с коллегами этих инженеров, Баррел заметил их неуверенность в будущем и склонность к безопасной игре.

30 мая Баррелл покинул Советский Союз и доставил первые данные в Питтсбург, где началось инженерное проектирование. 1 августа он вернулся в Грозный.

На этот раз его сопровождала жена Наоми, поскольку поездка обещала быть долгой. Им пришлось заняться обустройством жилья. Жилье было построено специально для 20 американцев, работавших в Грозном, и для них также было организовано специальное питание, поскольку продукты, одежда, предметы быта и мебель были в дефиците. Для того чтобы обшить старые стулья новой обивкой, Барреллу пришлось писать в Главное управление нефтяной промышленности в Москве с просьбой прислать латунные гвозди. Бумагу, сигареты и многое другое приходилось заказывать в Америке. Однако опытный бизнесмен, президент нескольких компаний, привыкший к сытому американскому образу жизни, стоически переносил все трудности российской индустриализации, когда все усилия правительства были направлены на создание тяжелой промышленности.

В основном Баррел работал в Грозном, в созданной им лаборатории, где он также обучал молодых техников. К сожалению, в июне 1930 года, когда Баррелла не было дома, Кравченко погиб в автокатастрофе, и необходимые измерения не были проведены. Время от времени Джордж Баррел ездил в Майкоп, где находилось нефтяное месторождение с чрезвычайно высоким соотношением газ-нефть, и в Туапсе, где «Грознефть» строила новый нефтеперерабатывающий завод и нефтеналивной экспортный терминал. Для Майкопа был спроектирован специальный бензиновый завод.

Уже в августе в Грозный из Питтсбурга были отправлены первые чертежи. Всего за время работы Баррела в Грозном было разработано около 350 чертежей — для ловушек, стабилизаторов, устройств регенерации блау-газа, газосборников для трубчатых натрий-крекинговых аппаратов, абсорбционных колонн и так далее. Наряду с инженерным проектированием Джордж Баррелл составлял специальные заметки по отдельным темам, касающимся газового хозяйства. Среди них были методы анализа, способы устранения утечек и испарений, как правильно заливать бензин в резервуары, предложения по изменению стандартов на бензин и многое другое.

Трудности перевода

Взаимовыгодное сотрудничество затруднялось тем, что в контракте участвовали не только два контрагента — Burrell-Mase Engineering Co. и «Грознефть», но и вся бюрократическая система управления отраслью, которая в момент заключения контракта с Burrell как раз находилась в процессе реструктуризации. Грознефть» вошла в состав национального объединения «Союзнефть» и потеряла часть своих полномочий. В Москве появились новые руководители, критиковавшие деятельность своих предшественников, многие из которых были обвинены в «саботаже». Еще одним учреждением был Иностранный отдел ВСНХ, который отвечал за все вопросы, касающиеся взаимоотношений тяжелой промышленности с представителями других государств.

Уже в ноябре 1930 года юрист, ответственный за составление контракта с Burrell-Mase Engineering Co. был вызван для разъяснения основных статей договора. Его спрашивали о возможности передачи контракта с «Грознефти» на «Союзнефть», в состав которой входило несколько предприятий, о сроках прекращения платежей по контракту и о том, предусмотрены ли какие-либо санкции в случае невыполнения «Барреллом» условий контракта. Создавалось впечатление, что контролирующие органы искали способ затруднить совместную работу, и нашли его в терминологических расхождениях.

Джордж Баррелл должен был представить подробные чертежи и сметы. По его мнению, это касалось основных установок, связанных со сбором и переработкой газа. В результате один из советских чиновников предложил выставить Джорджу Барреллу счет за работу, которую провели представители «Гипронефти» — государственного проектного института нефтяной промышленности — для приведения чертежей Баррелла в соответствие с принятыми в Советском Союзе стандартами.

Но это, пожалуй, была не единственная причина, помешавшая довести до конца конечную цель работы Джорджа Баррелла. Постоянные попытки форсировать темпы развития промышленности лишили некоторые предприятия разумного и обоснованного плана работы. А без этого инженерное проектирование было бессмысленным.

Несоответствие между планами и возможностью их реализации крайне негативно сказывалось на технической помощи Баррелла. Основной целью контракта был надзор за строительством и консультации по пусконаладочным работам. Для начала строительства необходимо было закупить необходимое оборудование как за рубежом (компрессоры, контрольно-измерительные приборы), так и в Советском Союзе (насосы, печи, трубы). Поэтому выполнение контракта зависело от сложной советской системы закупок — от «Нефтеснаба», специальной снабженческой организации, и торговых представителей СССР в других государствах до высших партийных органов, принимавших решения о выделении необходимого валютного финансирования.

К 1 июля 1931 года по чертежам Джорджа Баррела должна была быть построена установка поглощения нефти — основной элемент дегазации грозненских газов. 31 марта, за три месяца до этого срока и за день до запланированного отъезда Джорджа Баррелла в США, администрация «Союзнефти» сообщила, что «выданы заказы на оборудование в Советском Союзе и за рубежом. Что касается материалов, то их нехватка составляет до 75%. Ожидается задержка в получении импортных компрессоров и отечественных насосов и печей.» Ситуация с главными газосборниками для Грозненского НПЗ и бензинового завода в Майкопе также осложнилась, так как составление рабочих чертежей затянулось, а средства на приобретение оборудования не были выделены.

В результате задержек Джордж Баррелл отложил свой отъезд до 1 июня 1931 года. Его коллега, Нельсон Тернер, остался в Грозном еще на год, чтобы следить за строительством новых блоков. Компания взяла на себя ответственность за поиск необходимого оборудования без каких-либо посредников. С «Союзнефтью» была достигнута договоренность о том, что при размещении заказов на оборудование для планируемых установок «Баррел-Мейс» будет вести переговоры с «Амторгом». Эта мера преследовала две цели: компания подбирала бы оборудование по прямой необходимости, не затрудняя себя уточнением деталей, избавляясь от лишней переписки между «Амторгом» и «Грознефтью», и, во-вторых, в случае появления на американском рынке обновленных моделей, компания «Баррелл» также подбирала бы наиболее подходящие для Грозного. Однако ни это поручение, ни настойчивые указания Баррелла повысить процентное содержание бутана в бензине, что значительно увеличило бы объем его производства, не были выполнены. Валютный кризис, постигший Советский Союз одновременно с Великой депрессией, вынудил советское правительство, по прямому указанию Иосифа Сталина, сократить импортные закупки до минимума.

31 марта 1932 года специальная комиссия «Грознефти» заявила, что «строительство заводов по проекту г-на Баррела настолько затянулось, что не было возможности в полной мере использовать г-на Тернера для консультаций во время строительства». В своем протоколе комиссия отметила, что «большая часть работы мистера Тернера ограничивается консультациями проектно-сметного отдела, заводоуправления и газовой конторы по текущим вопросам в устной и письменной форме».

Вместо эпилога

Джордж Баррелл вернулся в США убежденным сторонником плановой экономики. 18 августа 1931 года газета Pittsburgh Press отметила, что «Баррелл считает, что банкиры и все другие владельцы американской промышленности в конечном итоге выиграют от национального планового прогресса — и что большинство народа выиграет почти сразу».

Однако при этом он считал, что плановая система должна сочетаться с демократией, иначе она теряет все свои преимущества. «Я не хочу жаловаться…» писал Джордж Баррел выдающемуся российскому ученому Александру Саханову, который вскоре эмигрировал в США, — «поскольку люди стараются сделать для меня все возможное. Но есть что-то в общей системе, что временами остается для меня загадкой». Советская плановая система предполагала строгий централизм и лишала хозяйствующие субъекты необходимой свободы. В результате цели, которые все понимали и поддерживали, вдруг становились труднодостижимыми, потому что каждое звено огромной бюрократической цепи, имея перед глазами конечную цель, по-разному видело путь к ее достижению. По этой причине идея более полной утилизации попутных нефтяных и промышленных газов, поддерживаемая всеми специалистами и чиновниками, воплощалась в жизнь очень медленно.

Пожалуй, самым большим достижением Джорджа Баррела в Грозном было обучение молодых кадров. На основе записей Джорджа Баррела его русские студенты подготовили книгу «Планирование и расчет бензиновых заводов», которая была рекомендована в качестве учебника для учебных заведений. Многие из этих студентов продолжили работу не только в «Грознефти», но и на других нефтяных предприятиях и в институтах Советского Союза.

23 июня +100